Информация

Решение Верховного суда: Определение N 18-КГ17-70 от 27.06.2017 Судебная коллегия по гражданским делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 18-КГ17-70

ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 27 июня 2017 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Гетман Е.С.,

судей Романовского С В . и Киселева А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ольмезова В В к ОАО «Национальный банк «ТРАСТ», ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» о признании сделок недействительными, взыскании денежных средств, штрафа и компенсации морального вреда,

по кассационной жалобе представителя ПАО Банк «ТРАСТ Кондрашовой И В . на решение Хостинского районного суда. г. Сочи от 30 марта 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 30 июня 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П., объяснения представителей ПАО «Национальный банк «ТРАСТ» - Кондрашовой И.В., Рябчиковой М.В., поддержавших доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Ольмезов В В обратился по месту своего жительства в Хостинский районный суд г. Сочи с иском к ОАО «Национальный банк «ТРАСТ» (далее - Банк), ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» (далее - УК «ТРАСТ») о признании недействительными договора брокерского обслуживания от 27 ноября 2011 г. и договора об оказании услуг по продаже кредитных нот от 10 января 2014 г., взыскании денежных средств в сумме 9 785 494 руб., компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., штрафа в размере 50% от присужденной суммы за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

В обоснование иска Ольмезов В В . указал, что с 2011 года хранил денежные сбережения во вкладах Банка. 27 декабря 2011 г. заключил с Банком договор брокерского обслуживания, в дополнение к которому 10 января 2014 г. заключил договор об оказании Банком услуг по продаже принадлежащих истцу кредитных нот, полагая, что это высокодоходные ценные бумаги, риски по которым ниже, чем по депозитам. В тот же день Ольмезов В В . внес на свой брокерский счет 9 785 494 руб., на которые Банком согласно поручению истца приобретены кредитные ноты. 8 апреле 2015 года истцом получено уведомление о том, что принадлежащие ему кредитные ноты аннулированы и сняты с обслуживания, а 26 сентября 2015 г. истец был уведомлен о расторжении Банком в одностороннем порядке договора брокерского обслуживания.

1 октября 2015 г. истец сообщил ответчику о своем несогласии с расторжением договора брокерского обслуживания в одностороннем порядке, поскольку Банком не исполнены обязательства по договору об оказании услуг по продаже кредитных нот, который фактически является приложением к договору от 27 декабря 2011 г.

Несмотря на соответствующее требование истца, денежные средства вложенные им в кредитные ноты, Банком не возвращены.

Истец полагал, что договор брокерского обслуживания и договор об оказании услуг по продаже кредитных нот являются недействительными сделками, не соответствующими требованиям закона и существенно ухудшающими его положение как потребителя, и просил взыскать с Банка денежные средства, вложенные им в кредитные ноты.

Решением Хостинского районного суда г. Сочи от 30 марта 2016 г. иск удовлетворен частично. Признаны недействительными договор брокерского обслуживания и договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, в пользу Ольмезова ВВ. с Банка взысканы денежные средства в размере 9 785 494 руб., а также компенсация морального вреда в размере 1 000 руб. и штраф в размере 4 899 247 руб. за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 30 июня 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представителя ПАО Банк «ТРАСТ Кондрашовой И В . ставится вопрос об отмене решения Хостинского районного суда г. Сочи от 30 марта 2016 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 30 июня 2016 г., как незаконных.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П. от 22 мая 2017 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на кассационную жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судебными инстанциями при рассмотрении данного дела.

Судом установлено, что 27 декабря 2011 г. между истцом и Банком заключен договор брокерского обслуживания, по условиям которого брокер по поручению клиента обязался за вознаграждение от своего собственного имени за счет и в интересах клиента совершать сделки в отношении кредитных нот и совершать все необходимые для исполнения договора действия в расчетно-клиринговой системе (далее - договор брокерского обслуживания).

К договору брокерского обслуживания приложено уведомление о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг, с которым Ольмезов ВВ. ознакомлен, что подтверждается его подписью (т.1,л.д. 244-245).

28 декабря 2011 г. истец на основании поданного им заявления признан квалифицированным инвестором (т. 1, л.д. 225-226).

На покупку кредитных нот Ольмезовым В.В. 10 января 2014 г. на брокерский счет внесены денежные средства в размере 9 785 494 руб., на которые Банком согласно его поручению от 10 января 2014 г. к договору брокерского обслуживания приобретены кредитные ноты (код ) в количестве штук, эмитентом которых является.

В тот же день между Ольмезовым ВВ., Банком и ЗАО УК «ТРАСТ» (далее - Компания) заключен договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, принадлежащих клиенту (далее - договор об оказании услуг).

Согласно пункту 1.1. договора об оказании услуг Банк обязался на основании письменного поручения клиента в порядке, предусмотренном условиями ранее заключенного истцом с Банком договора брокерского обслуживания, за вознаграждение от своего собственного имени, за счет и в интересах клиента продать принадлежащие клиенту кредитные ноты, а клиент обязуется выплатить банку вознаграждение за оказанные услуги.

Пунктом 1.2 договора об оказании услуг предусматривалось, что в случае, если Банк в течение 10 рабочих дней с даты получения письменного поручения клиента с указанием даты сделки купли-продажи кредитных нот не продаст их, Компания обязуется при посредничестве Банка как брокера приобрести кредитные ноты на условиях, указанных в договоре.

Передача кредитных нот и уплата Компанией должны быть произведены в течение 5 рабочих дней с момента получения этого уведомления Компанией (пункта 2.5. договора).

Истцом в соответствии с договорами брокерского обслуживания и оказания услуг 27 февраля 2015 г. подано в Банк уведомление о намерении продать кредитные ноты.

25 марта 2015 г. Ольмезовым В.В. получено уведомление от Банка, в котором сообщалось о невозможности обеспечить реализацию кредитных нот Банком, а также условий договора о том, что Компания обязуется приобрести кредитные ноты в течение 5 дней с даты получения данного уведомления на условиях, предусмотренных договором (т.1, л.д. 31).

8 апреля 2015 г. истцом от Банка получено уведомление, в котором сообщалось, что принадлежащие истцу кредитные ноты аннулированы и сняты с обслуживания (т.1, л.д. 32).

26 сентября 2015 г. истцом получено уведомление от Банка о расторжении в одностороннем порядке заключенного между истцом и Банком договора брокерского обслуживания (т.1, л.д. 34).

28 сентября 2015 г. истцом в Банк подана претензия с требованием исполнить обязательства перед клиентом по указанным договорам и вернуть денежные средства (т.1, л.д. 35).

Однако денежные средства, вложенные истцом в кредитные ноты, не возвращены, ответа на претензию не поступило.

Разрешая спор, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что присвоение Банком истцу статуса квалифицированного инвестора, который не соответствовал необходимым для этого требованиям, свидетельствует о ничтожности договора брокерского обслуживания, заключенного для оказания Банком услуг по совершению сделок исключительно в отношении кредитных нот за счет и в интересах истца, в нарушение запрета, установленного Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее Закон о рынке ценных бумаг), а также о ничтожности последующей сделки по приобретению кредитных нот.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что на правоотношения сторон распространяется Закон о защите прав потребителей, в связи с чем взыскал с Банка в пользу истца штраф в размере 4 899 247 руб.

С этими выводами согласиться нельзя по следующим основаниям.

В силу пункта 4 статьи 30.2 Закона о рынке ценных бумаг (здесь и далее статьи приведены в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) ценные бумаги и производные финансовые инструменты, предназначенные для квалифицированных инвесторов, не могут предлагаться неограниченному кругу лиц, в том числе с использованием рекламы, а также лицам, не являющимся квалифицированными инвесторами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокер вправе приобретать ценные бумаги, предназначенные для квалифицированных инвесторов, и заключать договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, предназначенными для квалифицированных инвесторов, только если клиент, за счет которого совершается такая сделка (заключается такой договор), является квалифицированным инвестором в соответствии с пунктом 2 статьи 51.2 данного Федерального закона (далее - квалифицированные инвесторы в силу федерального закона) или признан этим брокером квалифицированным инвестором в соответствии с этим Федеральным законом.

Согласно пункту 4 статьи 51.2 Закона о рынке ценных бумаг физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если общая стоимость ценных бумаг, которыми владеет это лицо, и (или) общий размер обязательств из договоров, являющихся производными финансовыми инструментами и заключенных за счет этого лица, соответствуют требованиям, установленным нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг, и если лицо совершило сделки с ценными бумагами и (или) заключило договоры являющиеся производными финансовыми инструментами, в количестве объеме и в срок, которые установлены нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг.

Положение о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами, утвержденное приказом ФСФР России от 18 марта 2008 г. № 08-12/пз-н и действовавшее на момент возникновения спорных правоотношений, предусматривало, что физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если оно владеет ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами, общая стоимость которых составляет не менее 3 миллионов рублей, и совершало не менее 5 сделок с ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами в течение последних 3 лет, совокупная цена которых составила не менее 3 миллионов рублей.

Как следует из материалов дела, между сторонами заключены договор брокерского обслуживания, воля истца была направлена на приобретение кредитных нот и получение дохода по ним, истец добровольно подал заявление о признании его квалифицированным инвестором, направил ответчику поручение о приобретении кредитных нот.

Однако эти юридически значимые обстоятельства не получили какой либо оценки суда по правилам статьи 198 (часть 4) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ввиду перечисленных выше действий Ольмезова ВВ. суду при разрешении вопроса о признании сделок недействительными надлежало учитывать пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, приведенные в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, судом не было принято во внимание следующее.

Согласно преамбуле Федерального закона от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение таким гражданином товаров (работ услуг) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Статьей 1 Закона о рынке ценных бумаг установлено, что этим законом регулируются отношения, возникающие при эмиссии и обращении эмиссионных ценных бумаг независимо от типа эмитента, при обращении иных ценных бумаг в случаях, предусмотренных федеральными законами, а также особенности создания и деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокерской деятельностью признается деятельность по совершению гражданскоправовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров являющихся производными финансовыми инструментами, по поручению клиента от имени и за счет клиента или от своего имени и за счет клиента на основании возмездных договоров с клиентом.

Исходя из обстоятельств, на которых основаны требования истца последний заключил с Банком договор брокерского обслуживания в целях приобретения в его интересах и за его счет кредитных нот. При этом истец был уведомлен о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг.

При таких обстоятельствах, ввиду рискового характера деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, такая деятельность не может быть признана деятельностью направленной на удовлетворение личных (бытовых) нужд, а потому выводы судебных инстанций о применении к спорным отношениям Закона о защите прав потребителей являются ошибочными.

Суды не учли, что отсутствие у истца статуса индивидуального предпринимателя само по себе не означает, что заключенные сделки направлены на удовлетворение личных бытовых нужд.

Ошибочное применение норм материального права привело к неправильному разрешению спора и вынесению решения, не отвечающего требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, указанная ошибка в применении норм материального права повлекла за собой существенное нарушение норм процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

По общему правилу, установленному статьей 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации.

Местом нахождения ответчика - Банка - является г. Москва, ул Спартаковская, д. 5, стр. 1.

Согласно статье 32 указанного выше кодекса стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству, за исключением подсудности, установленной статьями 26, 27 и 30 этого кодекса.

Пунктом 10.1 заключенного сторонами договора брокерского обслуживания предусмотрено, что все споры, возникающие между сторонами из договора или в связи с ним, подлежат рассмотрению в Басманном районном суде г. Москвы.

Таким образом, настоящее дело подсудно Басманному районному суду г. Москвы.

Между тем, ошибочно применяя к спорным отношениям Закон о защите прав потребителей, судебные инстанции исходили из положений части 7 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливающих, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, вследствие чего данное дело рассмотрено с нарушением правил подсудности.

Допущенные нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов ПАО Банк «ТРАСТ».

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит решение Хостинского районного суда г. Сочи от 30 марта 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 30 июня 2016 г. подлежащими отмене, а дело в целях реализации законного права на рассмотрение дела тем судом, которому оно подсудно, подлежит направлению на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Хостинского районного суда г. Сочи от 30 марта 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 30 июня 2016 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 29 ГПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта