Информация

Решение Верховного суда: Определение N 24-КГ17-3 от 23.05.2017 Судебная коллегия по гражданским делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №24-КГ17-3

ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 23 мая 2017 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Романовского СВ.,

судей Марьина А.Н. и Киселева А.П.

рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Аскерханова Т Б к ПАО НБ «Траст» о признании недействительным договора брокерского обслуживания, взыскании убытков процентов за пользование чужими денежными средствами

по кассационной жалобе представителя ПАО НБ «Траст» Аржановой О С на решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 6 октября 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 26 апреля 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н., выслушав объяснения представителей ПАО НБ «Траст Рябчиковой М.В. и Аржановой О.С., поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя Аскерханова Т.Б. - Буланова Р.Ю. по доверенности возражавшего против удовлетворения кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Аскерханов Т.Б. обратился в суд с иском к ПАО НБ «Траст» (далее - Банк и с учетом уточнения исковых требований просил признать недействительным договор брокерского обслуживания от 10 апреля 2014 г. № и взыскать 5 859 625 руб. убытков, причиненных заключением и исполнением данного договора.

Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 6 октября 2015 г. исковые требования удовлетворены частично, договор брокерского обслуживания от 10 апреля 2014 г. № признан недействительным, с Банка в пользу Аскерханова Т.Б. взысканы убытки в размере 5 495 744,11 руб., штраф в размере 2 747 872,5 руб., а также с Банка в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 35 678,72 руб.

Определением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 11 февраля 2016 г. принят отказ Аскерханова Т.Б. от иска в части требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 625 825,71 руб., производство по делу в указанной части прекращено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 26 апреля 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представителя ПАО НБ «Траст» Аржановой ОС содержится просьба об отмене указанных судебных постановлений, как незаконных.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н. от 12 апреля 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, возражения на кассационную жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения допущены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении данного дела.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Аскерханов Т.Б. на основании договора срочного вклада «Весенние проценты» от 14 марта 2014 г. № являлся вкладчиком Банка (т. 1, л.д. 12-14).

10 апреля 2014 г. между Аскерхановым Т.Б. (клиент) и Банком (брокер заключен договор брокерского обслуживания № по условиям которого брокер по поручению клиента обязался за вознаграждение от своего собственного имени за счет и в интересах клиента совершать сделки в отношении кредитных нот и совершать все необходимые для исполнения договора действия в расчетно-клиринговой системе (т. 1, л.д. 17-26).

К договору брокерского обслуживания приложено уведомление о рисках связанных с операциями на рынке ценных бумаг, с которым Аскерханов Т.Б ознакомлен, что подтверждается его подписью (т.1, л.д. 24-25).

10 апреля 2014 г. между Банком (продавец) и Аскерхановым Т.Б. (покупатель) заключены договоры купли-продажи ценных бумаг №

(т. 1, л.д. 27-41), по условиям которых Аскерханов Т.Б приобрел у Банка обыкновенные акции, выпущенные различными эмитентами на общую сумму 3 461 400 руб.

В этот же день также заключены договоры купли-продажи ценных бумаг №

(т. 1, л.д. 42-56), по условиям которых Банк (покупатель) купил у Аскерханова Т.Б. (продавец) обыкновенные акции, выпущенные различными эмитентами, на общую сумму 3 461 400 руб.

11 апреля 2014 г. истец на основании поданного им заявления от 10 апреля 2014 г. признан квалифицированным инвестором (т. 1, л.д. 57-58).

Банк во исполнение полученного от Аскерханова Т.Б. поручения приобрел за его счет кредитные ноты (код ), эмитентом которых является.,

в количестве 25 шт., уплатив за них руб. (отчет по сделке от 11 апреля 2014 г., т. 1, л.д. 16).

В ответ на обращение истца к Банку от 3 февраля 2015 г. с требованием о досрочном расторжении договора и возврате денежной суммы Банк сообщил что в связи с введением финансового оздоровления в отношении Банка и назначением временной администрации осуществляется анализ всех заключенных Банком договоров и оценка его обязательств по ним. После завершения проверки будет принято решение о возможности исполнения Банком обязательств по договорам обратного выкупа (т. 1, л.д. 10-11).

На официальном интернет-сайте 20 февраля 2015 г. Банк опубликовал информационное сообщение о том, что в связи со снижением норматива достаточности капитала, установленного Банком России, прекратились обязательства Банка по договорам субординированного займа, в связи с чем аннулированы кредитные ноты, в том числе с кодом (т. 1, л.д. 222).

Разрешая спор, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что заключенные между сторонами договоры купли-продажи ценных бумаг являются мнимыми, поскольку совершались без намерения создать соответствующие им правовые последствия а с целью создания формальных условий для признания истца квалифицированным инвестором, в связи с чем пришел к выводу о незаконности присвоения Банком истцу статуса квалифицированного инвестора, который не соответствовал необходимым для этого требованиям, и, следовательно, о ничтожности договора брокерского обслуживания, заключенного для оказания Банком услуг по совершению сделок исключительно в отношении кредитных нот за счет и в интересах истца в нарушение запрета, установленного Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее - Закон о рынке ценных бумаг), а также о ничтожности последующей сделки по приобретению кредитных нот. При таких обстоятельствах суд первой инстанции также пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с Банка в пользу Аскерханова Т.Б. причиненных убытков в размере 5 495 744,11 руб состоящих из стоимости кредитных нот и неполученного дохода за вычетом суммы полученного истцом купонного дохода. Кроме того, суд первой инстанции указал, что на правоотношения сторон распространяется Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей), в связи с чем взыскал с Банка в пользу истца штраф в размере 2 747 872,5 руб.

С этими выводами согласиться нельзя по следующим основаниям.

В силу пункта 4 статьи 30 2 Закона о рынке ценных бумаг ценные бумаги и производные финансовые инструменты, предназначенные для квалифицированных инвесторов, не могут предлагаться неограниченному кругу лиц, в том числе с использованием рекламы, а также лицам, не являющимся квалифицированными инвесторами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокер вправе приобретать ценные бумаги, предназначенные для квалифицированных инвесторов, и заключать договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, предназначенными для квалифицированных инвесторов, только если клиент, за счет которого совершается такая сделка (заключается такой договор), является квалифицированным инвестором в соответствии с пунктом 2 статьи 51 2 данного федерального закона (далее - квалифицированные инвесторы в силу федерального закона) или признан этим брокером квалифицированным инвестором в соответствии с этим федеральным законом.

2

Согласно пункту 4 статьи 51 Закона о рынке ценных бумаг (в редакции действующей на момент возникновения спорных правоотношений) физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если общая стоимость ценных бумаг, которыми владеет это лицо, и (или) общий размер обязательств из договоров, являющихся производными финансовыми инструментами и заключенных за счет этого лица, соответствуют требованиям установленным нормативными актами Банка России, и если лицо совершило сделки с ценными бумагами и (или) заключило договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, в количестве, объеме и в срок которые установлены нормативными актами Банка России.

Положение о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами утвержденное приказом ФСФР России от 18 марта 2008 г. № 08-12/пз-н и действовавшее на момент возникновения спорных правоотношений предусматривало, что физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если оно владеет ценными бумагами и (или иными финансовыми инструментами, общая стоимость которых составляет не менее 3 миллионов рублей, и совершало не менее 5 сделок с ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами в течение последних 3 лет совокупная цена которых составила не менее 3 миллионов рублей.

Как следует из материалов дела, в целях приобретения кредитных нот и получения дохода по ним, на что была направлена воля истца, между сторонами заключены договор брокерского обслуживания и договоры купли-продажи ценных бумаг. При этом договоры купли-продажи ценных бумаг фактически исполнены сторонами, что подтверждается представленной в материалы дела выпиской об операциях по счету ДЕПО и выпиской по банковскому счету истца (т. 1,л.д. 155-158).

После совершения указанных сделок истец добровольно подал заявление о признании его квалифицированным инвестором, направил ответчику поручение о приобретении кредитных нот, получил купонный доход по кредитным нотам.

С учетом вышеперечисленных действий Аскерханова Т.Б. суду при разрешении вопроса о признании сделок недействительными надлежало применить пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и руководствоваться разъяснениями, приведенными в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, судом не было учтено следующее.

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение таким гражданином товаров (работ, услуг исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

То, что истец является физическим лицом и не имеет статуса индивидуального предпринимателя, само по себе не означает безусловно, что заключенные сделки направлены на удовлетворение личных бытовых нужд.

Статьей 1 Закона о рынке ценных бумаг установлено, что этим законом регулируются отношения, возникающие при эмиссии и обращении эмиссионных ценных бумаг независимо от типа эмитента, при обращении иных ценных бумаг в случаях, предусмотренных федеральными законами, а также особенности создания и деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокерской деятельностью признается деятельность по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, по поручению клиента от имени и за счет клиента или от своего имени и за счет клиента на основании возмездных договоров с клиентом.

Исходя из обстоятельств, на которых основаны требования истца, им с Банком заключен договор брокерского обслуживания в целях приобретения в его интересах и за его счет кредитных нот. При этом истец был уведомлен о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг.

При таких обстоятельствах, ввиду рискового характера деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, такая деятельность не может быть признана деятельностью направленной на удовлетворение личных (бытовых) нужд, а потому выводы судебных инстанций о применении к спорным отношениям Закона о защите прав потребителей являются ошибочными.

Данное ошибочное применение норм материального права само по себе привело к неправильному разрешению спора и является достаточным основанием для отмены судебных постановлений.

Кроме того, указанная ошибка в применении норм материального права повлекла за собой существенное нарушение норм процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

По общему правилу, установленному статьей 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации.

Местом нахождения ответчика является г. Москва, ул. Спартаковская, д. 5, стр. 1.

Согласно статье 32 указанного выше кодекса стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству, за исключением подсудности, установленной статьями 26, 27 и 30 этого кодекса.

Пунктом 10.1 заключенного сторонами договора брокерского обслуживания предусмотрено, что все споры, возникающие между сторонами из договора или в связи с ним, подлежат рассмотрению в Басманном районном суде г. Москвы.

Таким образом, настоящее дело подсудно Басманному районному суду г. Москвы.

Между тем, ошибочно применяя к спорным отношениям Закон о защите прав потребителей, судебные инстанции исходили из положений части 7 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливающих, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора.

При таких обстоятельствах данное дело рассмотрено с нарушением подсудности.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 6 октября 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 26 апреля 2016 г. подлежащими отмене, а дело в целях реализации законного права на рассмотрение дела тем судом, которому оно подсудно, подлежит направлению на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

С учетом отмены судебных постановлений по указанному выше основанию все остальные доводы и возражения сторон подлежат проверке и оценке при новом рассмотрении дела.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 6 октября 2015 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 26 апреля 2016 г отменить, направить дело на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 28 ГПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта