Информация

Решение Верховного суда: Определение N 18-КГ17-83 от 18.07.2017 Судебная коллегия по гражданским делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 18-КГ17-83

ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 18 июля 2017 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Романовского СВ.,

судей Марьина АН. и Киселева А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Одоевской Т Н к ОАО «Национальный банк «ТРАСТ ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» о признании сделок недействительными, взыскании денежных средств, процентов, неустойки,

по кассационной жалобе представителя ПАО Банк «ТРАСТ Кондрашовой И.В. на решение Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П., объяснения представителя ПАО Банк «ТРАСТ Кондрашовой ИВ., поддержавшей доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Одоевская Т.Н. обратилась по месту своего жительства в Октябрьский районный суд г. Новороссийска с иском к ОАО «Национальный банк «ТРАСТ» (далее - Банк), ЗАО «Управляющая компания «ТРАСТ» (далее - УК «ТРАСТ») о признании договора брокерского обслуживания и договора об оказании услуг по продаже кредитных нот недействительными сделками, о взыскании внесенных денежных средств в размере 5 170050 руб., процентов за их пользование в размере 674691 руб неустойки в размере 3 683 815 руб.

В обоснование требований истица сослалась на то, что хранила свои сбережения в Банке на открытом депозитном счете по договору срочного вклада. 18 июня 2014 г. она заключила с Банком договор брокерского обслуживания, а 19 июня 2014 г. договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, полагая при этом, что предоставляет денежные средства Банку под уплату более высоких процентов, чем по ранее заключенному договору банковского вклада; считала, что присвоение ей статуса квалифицированного инвестора произведено Банком незаконно, в связи с чем сделки с ценными бумагами являются ничтожными; указала, что при заключении договоров Банк злоупотребил правом, поскольку не довел до нее как потребителя всю необходимую информацию, что также влечет за собой недействительность сделок в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Федерального закона от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей).

Решением Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 г. иск удовлетворен частично. Признаны недействительными договор брокерского обслуживания и договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, в пользу Одоевской Т.Н. с ПАО Банк «ТРАСТ» взысканы денежные средства в размере 5 170 050 руб., а также проценты за их пользование в размере 391 591 руб., неустойка в размере 517 005 руб. и штраф в размере 303 932 руб. за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 г. решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представителя ПАО Банк «ТРАСТ Кондрашовой И.В. ставится вопрос об отмене решения Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 г., как незаконных.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П. от 8 июня 2017 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судебными инстанциями при рассмотрении данного дела.

Судом установлено, что 18 июня 2014 г. между истицей и Банком заключен договор брокерского обслуживания, по условиям которого брокер по поручению клиента обязался за вознаграждение от своего собственного имени за счет и в интересах клиента совершать сделки в отношении кредитных нот и совершать все необходимые для исполнения договора действия в расчетно-клиринговой системе (далее - договор брокерского обслуживания).

К договору брокерского обслуживания приложено уведомление о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг, с которым Одоевская Т.Н. была ознакомлена, что подтверждается ее подписью (л.д. 15-16).

17 июня 2014 г. истица на основании поданного заявления признана квалифицированным инвестором (л.д. 54-55).

На покупку кредитных нот Одоевской Т.Н. на брокерский счет внесены денежные средства в размере 5 170 050 руб., на которые Банком согласно ее поручению приобретены кредитные ноты (код ) в количестве 25 штук, эмитентом которых является .

19 июня 2014 г. между Одоевской Т.Н., Банком и ЗАО УК «ТРАСТ» (далее - Компания) заключен договор об оказании услуг по продаже кредитных нот, принадлежащих клиенту (далее - договор об оказании услуг).

Согласно пункту 1.1. договора об оказании услуг Банк обязался на основании письменного поручения клиента в порядке, предусмотренном условиями ранее заключенного истцом с Банком договора брокерского обслуживания, за вознаграждение от своего собственного имени, за счет и в интересах клиента продать принадлежащие клиенту кредитные ноты, а клиент обязуется выплатить банку вознаграждение за оказанные услуги.

Пунктом 1.2 договора об оказании услуг предусматривалось, что в случае, если Банк в течение 10 рабочих дней с даты получения письменного поручения клиента с указанием даты сделки купли-продажи кредитных нот не продаст их, Компания обязуется при посредничестве Банка как брокера приобрести кредитные ноты на условиях, указанных в договоре.

Передача кредитных нот и уплата Компанией должны быть произведены в течение 5 рабочих дней с момента получения этого уведомления Компанией (пункта 2.5. договора).

Истицей в соответствии с договорами брокерского обслуживания и оказания услуг 13 марта 2015 г. даны поручения на совершение сделок с кредитными нотами и на перевод (возврат) денежных средств.

Однако кредитные ноты реализованы не были, денежные средства за них Банком истцу не возвращены.

На официальном интернет-сайте 20 февраля 2015 г. Банк опубликовал информационное сообщение о том, что в связи со снижением норматива достаточности капитала, установленного Банком России, прекратились обязательства Банка по договорам субординированного займа, в связи с чем аннулированы кредитные ноты, в том числе с кодом .

11 августа 2015 г. Одоевской Т.Н. Банком направлено уведомление о расторжении договора брокерского обслуживания.

Разрешая спор, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что присвоение Банком истцу статуса квалифицированного инвестора, который не соответствовал необходимым для этого требованиям, свидетельствует о ничтожности договора брокерского обслуживания, заключенного для оказания Банком услуг по совершению сделок исключительно в отношении кредитных нот за счет и в интересах истца, в нарушение запрета, установленного Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее Закон о рынке ценных бумаг), а также о ничтожности последующей сделки по приобретению кредитных нот.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что на правоотношения сторон распространяется Закон о защите прав потребителей, в связи с чем взыскал с Банка в пользу истицы неустойку в размере 517 005 руб. и штраф в размере 303 932 руб. за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя.

С этими выводами согласиться нельзя по следующим основаниям.

В силу пункта 4 статьи 30.2 Закона о рынке ценных бумаг (здесь и далее статьи приведены в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) ценные бумаги и производные финансовые инструменты, предназначенные для квалифицированных инвесторов, не могут предлагаться неограниченному кругу лиц, в том числе с использованием рекламы, а также лицам, не являющимся квалифицированными инвесторами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокер вправе приобретать ценные бумаги, предназначенные для квалифицированных инвесторов, и заключать договоры, являющиеся производными финансовыми инструментами, предназначенными для квалифицированных инвесторов, только если клиент, за счет которого совершается такая сделка (заключается такой договор), является квалифицированным инвестором в соответствии с пунктом 2 статьи 51.2 данного Федерального закона (далее - квалифицированные инвесторы в силу федерального закона) или признан этим брокером квалифицированным инвестором в соответствии с этим Федеральным законом.

Согласно пункту 4 статьи 51.2 Закона о рынке ценных бумаг физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если общая стоимость ценных бумаг, которыми владеет это лицо, и (или) общий размер обязательств из договоров, являющихся производными финансовыми инструментами и заключенных за счет этого лица, соответствуют требованиям, установленным нормативными актами Банка России, и если лицо совершило сделки с ценными бумагами и (или) заключило договоры являющиеся производными финансовыми инструментами, в количестве объеме и в срок, которые установлены нормативными актами Банка России.

Положение о порядке признания лиц квалифицированными инвесторами, утвержденное приказом ФСФР России от 18 марта 2008 г. № 08-12/пз-н и действовавшее на момент возникновения спорных правоотношений, предусматривало, что физическое лицо может быть признано квалифицированным инвестором, если оно владеет ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами, общая стоимость которых составляет не менее 3 миллионов рублей, и совершало не менее 5 сделок с ценными бумагами и (или) иными финансовыми инструментами в течение последних 3 лет, совокупная цена которых составила не менее 3 миллионов рублей.

Как следует из материалов дела, реализуя волю на приобретение кредитных нот и получение дохода по ним, истица заключила с Банком договор брокерского обслуживания и договоры купли-продажи ценных бумаг, добровольно подала заявление о признании ее квалифицированным инвестором, направила ответчику поручение о приобретении кредитных нот получила купонный доход по ним.

Однако эти юридически значимые обстоятельства не получили какой либо оценки суда по правилам статьи 198 (часть 4) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ввиду перечисленных выше действий Одоевской Т.Н., суду при разрешении вопроса о признании сделок недействительными надлежало учитывать пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, приведенные в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, судом не было принято во внимание следующее.

Согласно преамбуле Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение таким гражданином товаров (работ услуг) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Статьей 1 Закона о рынке ценных бумаг установлено, что этим законом регулируются отношения, возникающие при эмиссии и обращении эмиссионных ценных бумаг независимо от типа эмитента, при обращении иных ценных бумаг в случаях, предусмотренных федеральными законами, а также особенности создания и деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 3 Закона о рынке ценных бумаг брокерской деятельностью признается деятельность по совершению гражданскоправовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров являющихся производными финансовыми инструментами, по поручению клиента от имени и за счет клиента или от своего имени и за счет клиента на основании возмездных договоров с клиентом.

Исходя из обстоятельств, на которых основаны требования истицы последняя заключила с Банком договор брокерского обслуживания в целях приобретения в ее интересах и за ее счет кредитных нот. При этом истица была уведомлена о рисках, связанных с операциями на рынке ценных бумаг.

При таких обстоятельствах, ввиду рискового характера деятельности по совершению гражданско-правовых сделок с ценными бумагами и (или) по заключению договоров, являющихся производными финансовыми инструментами, такая деятельность не может быть признана деятельностью направленной на удовлетворение личных (бытовых) нужд, а потому выводы судебных инстанций о применении к спорным отношениям Закона о защите прав потребителей являются ошибочными.

Суды не учли, что отсутствие у истицы статуса индивидуального предпринимателя само по себе не означает, что заключенные сделки направлены на удовлетворение личных бытовых нужд.

Ошибочное применение норм материального права привело к неправильному разрешению спора и вынесению решения, не отвечающего требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, указанная ошибка в применении норм материального права повлекла за собой существенное нарушение норм процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

По общему правилу, установленному статьей 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика. Иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации.

Местом нахождения ответчика - Банка - является г. Москва, ул Спартаковская, д. 5, стр. 1.

Согласно статье 32 указанного выше кодекса стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству, за исключением подсудности, установленной статьями 26, 27 и 30 этого кодекса.

Пунктом 10.1 заключенного сторонами договора брокерского обслуживания предусмотрено, что все споры, возникающие между сторонами из договора или в связи с ним, подлежат рассмотрению в Басманном районном суде г. Москвы.

Таким образом, настоящее дело подсудно Басманному районному суду г. Москвы.

Между тем, ошибочно применяя к спорным отношениям Закон о защите прав потребителей, судебные инстанции исходили из положений части 7 статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливающих, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора, вследствие чего данное дело рассмотрено с нарушением правил подсудности.

Допущенные нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов ПАО Банк «ТРАСТ».

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит решение Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 г. подлежащими отмене, а дело в целях реализации законного права на рассмотрение дела тем судом, которому оно подсудно, подлежит направлению на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Новороссийска от 18 февраля 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 24 мая 2016 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в Басманный районный суд г. Москвы.

Председательствующий

Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 28 ГПК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта